штирлиц. друг или враг? так?

Автор: · Дата: 8 Июнь 2013 · Пока нет комментариев

17

 
Интересно наблюдать течение времени и его влияние на нас. То, что казалось кипельно белым, со временем, кажется сероватым, а то, и чёрным… И, наоборот.
То, что казалось бесспорным, вдруг, под влиянием какой-то мелочи, случайной, глупой фразы вспоминается и переосмысливается.
 
Я о фильме, наивное раскрашивание которого, на так давно, не оспаривал только ленивый. Поспорили, посмеялись. Всё осталось по старому: c завидным упорством телеканалы продолжают демонстрировать нам чёрно-белый оригинал.
То ли не сошлись в цене с адептами цветных картинок, то ли одумались, вняв…
Я – о СЕМНАДЦАТИ МГНОВЕНИЯХ ВЕСНЫ.
 
Давно подозревал, что этот фильм снят таким странным образом, что советские, а позже, российские зрители не рассматривают, не видят в нём противостояния своей страны и мрачных сил Третьего Рейха. Не мог понять секрета. Догадывался, что смотрят фильм за что-то другое, а за что, не догадывался.
 
Подтолкнул меня к размышлениям и неожиданным (возможно, даже для создателей фильма, хотя, кто знает) выводам известный на Руси политический тяжеловес и консерватор (я так понимаю правые пристрастия) Леонид Гозман.
Да, да, именно, тогда, когда он брякнул, что “единственное, что отличает SS от СМЕРШ – красивая форма.”
 
Красивая форма, красивая форма – Вертелось у меня в голове, пока вокруг, кружилась общественная буча, поднятая незадачливым Леонидом.
У Гозмана есть веская причина никогда не произносить этой фразы. Очень веская. Но он её произнёс. Что говорить о тех (а их подавляющее большинство), у кого этой веской, безвыходной причины нет?
 
Итак, “красивая форма” как основа генеза зрительских симпатий.
 
Я пересмотрел фильм и в части эстетической концепции, понял Гозмана и миллионы советских людей.
Кратко. Отрывочно.
На экране действуют разной степени красивости, ухоженные и мужественные люди в этой самой форме.
Возможно, хотели снять что-то совсем другое, но сняли то, что сняли.
Возможно, Юлиан Семёнов хотел написать что-то иное, но написал то, что написал.
Все эти кухонные фиги в карманах – фирменный знак самозванной советской интеллигенции поздних периодов Совдепии вылились в то, во что вылились.
 
В течении двенадцати серий обаятельный гестаповский главшпан ловит врага (по задумке авторов, “нашего”) и этот незамысловатый сюжет даёт возможноcть неоднократно продемонстрировать нам не только красоту униформы, нои некоторую душевную красоту её носителей.
 
Я часто слышал, что в этом фильме нам показали ”умного врага”, да, нет – нам показали ХОРОШЕГО врагано живого.
 
Ну, “наш” штандартерфюрер, да ещё в исполнении Вячеслава Тихонова, прекрасен, по определению. Нужды нет, что на внутренней стороне плеча у него должна быть честно заслужённая  ss-овская татуировка. Он интеллектуал, окружённый другими интеллектуалами из SD.
Тут понятно. Физик Рунге, пастор, сохраняющий бодрый вид после мотаний по нацистким застенкам, чуть не с 1935 года. Впрочем, какой вид ты должен иметь, когда постоянно беседуешь с интеллектуалами?
 
Может быть костоломы из гестапо?
Единственная их жертва в фильме (если не считать шофёра Бормана, но это чистые внутривидовые разборки) – профессор Пляйшнер, но и его они пальцем не тронули (только за кадром в коротких воспоминаниях).
Жертвы в фильме есть: агент Клаус, оберштурмбанфюрер Рольф и унтершарфюрер Барбара (фамилию запамятовал), но их ухлопали “наши”. Даже, нашего радиста Эрвина разбомбили союзники, а не овчарки группенфюрера Мюллера.
Такой вот сюжетец.
 
Так, что же костоломы? Они, в целом приличные люди: Шольц труслив, что, как говаривал тот же артист Броневой в другом фильме: “Ненаказуемо.”
Рольф, конечно гад и садист, но выкладывая ребёнка у открытого окна, долго собирается с духом, и чуть ни падает в обморок при первых же криках малыша.
Есть благородный гестаповец Айсман, куда ушло всё обояние Пашки  Колокольникова. Этот уважает нашего шпиона и, просто, отказывается верить в двоедушие боевого товарища.
Может быть это слишком мелко, оберштурбанфюреры? Не убеждает?
Тогда, вот бывший начальник Краковского гестапо, старый наци, группенфюрер Крюгер (на ковре у Кальтенбрунера):
 
—  Нет,  —  сказал  Крюгер,  нахмурившись,  подавляя   вздох,   очень прочувственно и тяжело, — достаточного оправдания у меня нетИ не может быть. Ясолдат, война есть война, и никаких поблажек себе я не жду.
Как? Чем не рыцарь духа?
И, тоже, очень любит нашего шпиона:
 
Всю вину несу  один  я,  —  снова  заговорил  он,  опустив  голову, выдавливая из себя глухие, тяжелые слова, — мне будет очень  тяжелоесли вы накажете Штирлица. Я глубоко уважаю его как преданного борцаМне нет оправдания, и я смогу искупить свою вину только кровью на поле битвы.
 
Вот так: сам погибай, а товарища выручай!
Справедливости ради, отметим, что в оригинальном тексте есть оговорки, объясняющие всё это хитростью Крюгера, но в фильме от них не осталось следа. Копелян не объяснил нам мотивы слов Крюгера, как, много раз за фильм, озвучивал разные глупости Штирлица.
В фильме, после этой беседы благородных донов, один из них отправился исполнять обязанности заместителя начальника Пражского гестапо, а второй – обергрупенфюрер Кальтенбрунер, отправился возложить цветочки на могилу своего доктора, родного брата врага Рейха профессора Пляйшнера.
 
Это, только, маленькие кусочки. Неудивительно, что доверчивый Гозман повёлся и, убеждённый силой актёрской игры и режиссёрского замысла, принял всё увиденное за исторический факт. Не он один.
Форма-то красивая!
Отсюда тысячи друзей Третьего Рейха среди реконструкторов. Отсюда наши танки тесно и ржаво сгруденные в подмосковной Кубинке и немецкие, аккуратно окрашенные и расставленные там же.
Вот фраза только что, специально под эту заметку, взятая с одной интернет-конференции (правда, за 2010 год. Возможно, её автор переменил взгляды):
 
Конечно надо ехать, время идет, к сожалению не в сторону молодости и пообщаться с ветераном Войск СС, это наверное, очень хорошая радость на сердце и в жизни.”
 
Не стреляйте в Леонида. Он понимает, как умеет. И это заметка не о нём. О нас.
Как любит повторять известный на Руси Бесогон: “Голливуд сделал Америку”. Текст и об этом. Об ответственности деятелей культуры. Ответственности, которая может материализоваться в сознании неожиданно, но которую Мастер должен предвидеть, и о фиге, которая способна исказить картину мира.
 
Вот, ведь, казалось бы: такая маленькая, а как искажает…

Рубрика: искусство. статьи, критика ·  



Оставить комментарий или два

Пожалуйста, зарегистрируйтесь для комментирования.

Яндекс.Метрика