варвары варварок

Автор: · Дата: 12 Январь 2015

Liteynyiy_zil_kuznetsov_530

 

Иногда, от собственного бессилия, опускаются руки.
Это паршивое ощущение.

Не могу рассуждать о обсуждать дела давно минувших дней, но за прошедшие двадцать лет московские власти, с завидной регулярностью, снабжают меня этим ощущением.
Меняются градоначальники, в полном соответствии с классическим текстом, у каждого из них в голове прописан свой “органчик”, но объединяет их idée fixe одного из череды героев гениального анализа Щедрина:
«Перехват-Залихватский Архистратиг Статилатович, майор. Въехал в Глупов на белом коне, сжег гимназию и упразднил науки»

Справка (чтобы далеко не ходить, зайдём в Wikipedia, мы же не научную статью пишем, а так, душой вскрикиваем):

Сверхце́нная иде́я; иде́я-фикс — психологический термин, обозначающий явление, выделенное в 1892 году как отдельное психическое расстройство немецким психиатром Карлом Вернике. Это суждение, которое возникает в результате реальных обстоятельств, но сопровождается чрезмерным эмоциональным напряжением и преобладает в сознании над всеми остальными суждениями. Человека охватывает чрезмерная одержимость в достижении какой-либо цели. Часто при достижении этой цели у человека происходит катарсис.

Эка! Вот, эта самая, “чрезмерная одержимость в достижении” и демонструется местными архистратигстатилатовичами в области упразднения наук и всяческих борьбами с культурным наследием.

Слова говорятся разные. Иногда, много слов, Иногда — мало. Результат всегда одинаковый: что-ещё, очередное, уничтожается “в раз и навсегда”…

Нам, москвичам (хотя, почему москвичам: речь, как правило, идёт о культурном наследии всей страны, нации, которую постоянно, пытаются привести к “самоидентификации” странноватыми практиками стирания памяти) бесконечно врут об бесконечном же улучшении всего, в том числе, и того, что нужно лишь сохранять, что улучшить невозможно. И, всякий раз, улучшение оборачивается “сжиганием” очередной “гимназии” очередным человеком на очередном белом коне.

Предыдущий градоначальник, как известно, накуролесив немало, “утратил доверие”. Ему отказано в праве упразднять науки. Он на покое.
Это был страстный персонаж и, часто, слушая его эмоциональной бред по поводу культуры, “парковочек” и “кафешечек”, создавалось впечатление, что “жулик, конечно, и мракобес.., но искренний”. “Болеет”, типа…
Московская власть ходила в смазных сапогах, маслила волосы, пила чай с блюдечка севрского фарфора, прихлюпывала, врала и безобразничала (хотя, были неплохие решения, у кого, ни без них?). Но, была предсказуема. И в плохом, и в хорошем.
Теперь не так.
Под сладкий лепет мандолины городских media, как-то буднично, холодно, бесстрастно, уничтожается сама ткань Города.
Уже уничтожены Пятницкая, Покровка, Большая Дмитровка… Это больше не улицы. Впору, рожать какое-то новое определение для внутригородских междомовых проездов, по которым неудобно ездить, скучно ходить, облицованных сортирной плиткой, ломающей великолепные дамские каблуки…
Впору, вводить новые топонимы: “Новая Пятницкая”, “Новая Покровка”…
Это не город. Это безумная попытка создания на месте города рекреационной зоны, когда итогом станет гибель имеющегося и нерождение невозможного. На постаменте Юрия Долгорукого, заложившего Город, впору, постановить велосипед, что-ли… В неожиданной для этой прекрасной вещи роли символа разложения.

Когда же, наконец,  будет “ТАК”?

Всего в один крик души не вместить. И этот наш крик — крик по конкретному случаю. Случай этот — спешное, в новогодние каникулы (!), уничтожение остатков “литейного корпуса ЗиЛа”.

В мире существует на так много, действительно, больших, значимых инженерных и архитектурных школ, действительно, своеобразных и самобытных. Такая школа — следствие видения исторических перспектив и амбиций наций, создающих образовательную и воспитательную базу для длительного существования конкретного сообщества и его общественных институтов. За это платят и пожинают плоды. И восторгаются результатами.
Существую такие школы Англии, Франции, Германии, Американская школа и, вне всякого сомнения, существует русская (это не о родине слонов))).

Кроме того, что фасады этого корпуса служили образующей (от слова ОБРАЗ) доминантой на этом участке ТТК, они (хотя, конечно, не только фасады, а и бесстыдно прохлопанный сам корпус, конструкции которого подверглись разрушению вследствие прекращения хозяйственной деятельности без последующей консервации) являлись творением нескольких выдающихся людей русской культуры, первым из которых, автором проекта конструкции, в 1916 году, был выдающийся русский архитектор Александр Васильевич Кузнецов (1874—1954). В дальнейшем, послереволюционном, формировании облика утраченного ныне “непамятника” был “замечен”, например, Константин Мельников

Мы любим восторгаться зарубежными достижениями. Часто справедливо, часто — нет. Например, понимание и применение бетона и железобетона в качестве и конструктивной основы и, одновременно, формообразующего, декоративного материала как архитектурный прорыв приписывается чаще передовому Западу (Огюст Перре, Тони Гарнье, Вальтер Гропиус), тогда как, А. В. Кузнецов демонстрировал и практиковал в России эти инженерно-архитектурные идеи раньше и масштабнее.

Знаменитый и любимый МАРХИ при образовании назывался Высшим архитектурно-строительным институтом и значительную часть его составила школа Кузнецова, в виде образованного им в 1918 году Архитектурного отделения в МВТУ (с 1922 года — Факультет промышленного строительства). Когда-то, в здания нынешнего МАРХИ принадлежали Строгановскому училищу и “Кузнецовский” корпус (спроектированный и построенный им) там есть.
Много работал Александр Васильевич с таким “творцом Москвы”, как Шехтель.

Мы пишем о создателе бывшего литейного цеха потому, что цеха больше нет и писать, значит, не о чем, и потому, что не можем пройти мимо, очевидно недооценённого потомками выдающегося инженера и архитектура (не удивительно: Александр Васильевич выпускником не АХ, а Петербургского института гражданских инженеров, что и позволило ему стать выдающимся зодчим новой, промышленной эпохи) Кузнецова, чьи конструкции, и литейный цех АМО не являлся исключением, всегда оригинальны, новаторски и совершенны… Это мастер составляет славу русских архитектурной и инженерной школ, что уникально.
И тут есть о чём писать.

А, кроме того, мы тешим себя надеждой, что, когда-нибудь, ко всем этим архистратигататилатовичам, начальникамстроительныкомплексов и департаментов придёт, если ни совесть, то понимание того, что на каждом здании есть имя автора и это (если нет иного понимания) должно всё определять.

Когда сумасшедший уничтожает Данаю, то всем понятно, что его место, либо в тюрьме, либо в лечебнице, а Данаю необходимо воссоздавать, ибо, он сумасшедший, а Даная — шедевр…

Список шедевров, на самом деле, гораздо шире, но когда кто-то уничтожает архитектуру, город, то ни о тюрьме, ни о лечебнице речь не идёт, от чего-то… Так, “утрата доверия”, да и то, “по другой статье”.

С сожалением, думаю, что и за нынешнее варварство ни один варвар не пострадает и, скорее всего, даже, ничего не утратит. За что? В памятниках не значилось…
Вообще то, пора перестать при составлении перечня памятников целиком полагаться на уровень развития очередного чиновника перечень составляющего.
Иначе, жизнь, незаметно, становится бледнее, история короче, память хуже, страна меньше…

И, это… руки опускаются. А это, паршивое ощущение…



Оставить комментарий или два

Пожалуйста, зарегистрируйтесь для комментирования.

Яндекс.Метрика